Санкт-Петербургский Центр
эволюционных исследований сознания человека

Мудрость

живет в сердце

ТРИ ВОЗМОЖНЫХ ЧЕЛОВЕЧЕСКИХ ПОЗИЦИИ

Петр Зорин

2015-08-06

 У людей иногда бывают периоды отношений, в которых между нами возникает атмосфера единства. И эти периоды с годами, нередко, становятся реже. Люди привыкают друг к другу как к вещи, которой они привычно пользуются в течение многих лет. Причину в этом следует искать в позиции, которую занимает каждый из людей. И понимание причин напряжённых взаимоотношений, которые происходят между ними, так же связаны с позицией, которую занимает каждый из них. Существует всего три варианта позиций, которые занимают люди при взаимоотношениях между собой. Первая – это позиция господина, вторая – позиция раба и третья – это позиция равенства, единства. Первая и вторая позиции – это позиции обывателя, а к третьей позиции стремятся люди, идущие духовным путём. Человек, занимающий первую позицию – господина, позволяет себе то, что совершенно непозволительно для  формирования и сохранения единства между людьми – он делает замечания в адрес другого человека, отчитывая или поучая его «сверху вниз». При этом он совсем не считает, что занимает позицию господина и относится к другому человеку «сверху вниз». Совсем нет, он считает, что только исправляет ошибки, которые совершает другой человек, но ни в коем случае, не поучает его и не читает ему никаких нотаций. Он просто хочет, чтобы всё было более правильным, и когда делает другому замечания, иногда окрашенные эмоционально, то для того, чтобы другой человек поступал правильно, не делал тех ошибок, которые он делает, другими словами, – он хочет блага. Но обратите внимание, будет ли человек, занимающий позиции раба, делать такие же замечания тому, которого считает своим господином? – Никогда. Это одинаково, что плевать против ветра – самому же хуже будет. Ко всему сказанному следует добавить, что два человека, один из которых стремится занять позицию господина и второй, который оказывается в позиции раба, совсем не считают, что они занимают эти позиции. И если тот, который должен находиться на позиции раба вздумает что-то объяснять или даже оправдываться или как-то сопротивляться, то его тут же могут обвинить в том, что у него больное самолюбие, что он оправдывается только потому, что виноват и вообще, он всегда был таким неправильным и за все прошедшие годы ничему не научился, и нисколько не изменился. В общем, тому, кого подталкивают в направлении позиции раба, не выкрутиться никаким способом, его загоняют в угол, в котором он должен находиться, и который должен быть его привычным местом. При этом человек, занимающий позицию господина, не осознаёт, что эта позиция проявляется в нём, как память прошлого, атавизм, в котором у животных была определённая иерархия отношений, необходимая для их общего выживания.

Раб никогда не будет покрикивать на своего господина, делать ему замечания или критиковать его за какие-то неправильные его поступки. Он будет терпеть отношение другого человека к нему «сверху вниз», объясняя это тем, что не хочет конфликтов. Но, к сожалению, люди не могут относиться друг к другу, как равные, у них ещё жив их древний животный атавизм – «кто в доме хозяин?» и им, возможно, ещё долго надо учиться единству. Трудность обучения единству состоит ещё в том, что это должны делать все люди, взаимодействующие друг с другом. Если только один из них будет стремиться к единству, в котором не бывает никаких конфликтов и не присутствует принцип господина и раба – «кто в доме хозяин», то другой человек или другие люди, взаимодействующие с ним, могут принять его позицию, как позицию отступления, позицию раба, и взаимодействовать с ним с наступательной позиции господина. И совсем не обязательно они будут делать это осознанно, обычно «козлом отпущения» становится тот, который отступает или уступает. В таких случаях, человек, стремящийся к единству, должен принять активную защитную позицию, которая будет более правильной, чем позиция раба, в которую заталкивают его другие люди. Это нечто похожее на сюжет в начале сказки о золотом петушке – А. С. Пушкина: «Жил был славный царь Додон, смолоду был грозен он. И соседям то и дело, наносил обиды смело, а под старость захотел отдохнуть от ратных дел. Тут соседи беспокоить стали старого царя, страшный вред ему творя…». Активная позиция, человека, стремящегося к единству, возможно, снизит активность «господина» в другом человеке. В духовной практике позиция господина и позиция раба – одинаково деструктивны, и их следует избегать насколько это возможно. В современном мире, к сожалению, отношения между людьми, часто, строятся по принципу, описанному в «сказке о золотом петушке».

Позиции раба и господина, как мы уже говорили – это глубоко подсознательные состояния, которые человек очень редко в себе осознаёт. И эти атавизмы у различных людей выражены не в одинаковой степени. И интересно то, что принцип раба, таящийся в человеческом подсознании, на поверхности создаёт противоположный ему полюс – принцип господина, что создаёт относительно уравновешенную систему. И если в глубинах подсознания принцип раба выражен в значительной степени, то это приводит к внешней гиперкомпенсации, в которой для человека становится чрезвычайно важной и привлекательной позиция господина. Этим людям хронически недостаёт власти, они стремятся к ней, они наслаждаются властью и жертвуют всем ради власти. Но той власти, которую они имеют, им всегда нехватает, потому что состояние раба в глубинах подсознания всегда жаждет компенсации, которой, этому внутреннему рабу, всегда мало. С сатанинской вершины пирамиды неистовой жажды власти, обывателю достаются только её крохи, но даже эти далёкие отголоски стремления к абсолютной власти, здесь на Земле, разрушают возможное единство между людьми и порождают войны, в огне которых гибнут государства и миллионы людей.

В единстве люди не живут для себя, потому что они не следуют животному принципу, по которому, побеждает и выживает сильнейший. Целое всегда важнее её части и, поэтому, принцип единства всегда содержит в себе жертвенность, в которой человек жертвует себя или чем-то своим ради коллектива, как бы мал или как бы велик он ни был.

Таким образом, люди, избравшие для себя духовный путь, никогда не стремятся к власти, которая создаёт ложное единство раба и господина, и которая всегда ведёт к разделению и, в конечном счёте, к разрушению. Духовный искатель всегда стремится к единству истинному, в котором двое становятся одним, потому что они живут друг для друга, и в основе их взаимоотношений лежит сострадание. Особенность сострадательных взаимоотношений состоит в том, что люди в них стремятся к взаимному обогащению и совершенству. Иллюстрацией таких взаимоотношений может служить наше тело. Мы же не наказываем его, если нога оступилась, а рука разбила хрустальную вазу. Мы не упрекаем его, если оно в чём-то несовершенно, но, напротив, стремимся к тому, чтобы оно стало более совершенным, чем было прежде. И всё это делаем не с позиции силы, а из сострадания к его несовершенствам. И, наконец, стремление к истинному сострадательному единству – это ступень восхождения человека к его духовному совершенству. На духовном пути человек не может ни обойти эту ступень, ни перешагнуть её, потому что из всего множества путей ведущих к единству с Божественным, есть только один путь, который достигает этой цели.